Приметливый портной

У одного старика было три дочери, все красивые, но очень ленивые. Даже домашнюю работу и то делали спустя рукава, надеясь одна на другую.

Как-то, в предзимье, старик   позвал к себе русского порт­ного, чтобы сшить старшей дочери шубу.

Работает портной день, кое-какой мусор в избе накопился. Наутро старшая дочь подмела пол, собрала весь сор в кучу, а вынести не вынесла: авось, кто-нибудь из младших сестер это сделает!

После обеда мела пол средняя сестра. Она пригребла сор в тот же запечный угол, а выносить тоже не стала: старшей се­стре шубу шьют, а не мне, и если старшая не вынесла — с ка­кой стати я выносить должна!

Вечером настал черед мести пол младшей сестре. Она сде­лала то же самое, что и ее старшие сестрицы — пригрудила сор к общей куче: завтра которая-нибудь из старших, авось, вы­несет!

Набралось мусору целый угол.

А портной шить шьет, а все видит, все замечает. И когда одна из дочерей стала варить похлебку на ужин и достала соль, чтобы кинуть ее в чугунок, портной встал со своего места и говорит:

—  Дай-ка и мне немного.

Взял щепотку соли и посыпал мусор в углу.

—  Зачем же ты его солишь? — удивилась девушка.

—  А чтобы не протух, — улыбаясь, ответил портной и на­правился на свое место.

После этого все три дочери кинулись выносить мусор из из­бы. А на другой день не поленились даже вымыть пол.

Чувашские сказки. 2-е изд. Чебоксары: Чувашское книжное издательство, 1984 г. — 160 с. Перевод Семена Ивановича Шуртакова.

Глухой кум

Встретил мужик однажды на базаре кума из соседнего села.

—  Как живешь, кум? — спрашивает.

—  Да вот  топор купил, — отвечает кум.

—  Приезжай в гости пиво пить! — приглашает мужик.

—  Полтинник заплатил.

—  Непременно приезжай!

—  Топорище я сделаю кленовое.

—  Ну, до встречи, кум!

—  Я его стеклышком подглажу.

Мужик пошел дальше по торговым рядам. А глухой кум проворно сел на телегу и покатил домой. Дома и лошадь вы­прягать не стал, а посадил рядом с собой жену и поехал в гости.

Прежде, чем заехать к хозяину во двор, глухой кум тихонь­ко подкрался к окну и посмотрел, что делается в доме.

На столе стояла бутылка водки и корчажка пива, на заку­ску приготовлена была жареная баранья голова и румяные ват­рушки. То ли сам хозяин собирался выпить и закусить после базара, то ли гостей поджидал, кто знает.

Кум постучал кнутовищем по воротам и — опять к окну. Ни пива, ни водки на столе уже не было: корчажку хозяин спря­тал на печь, а бутылку сунул под подушку. Хозяйка тем вре­менем баранью голову убрала в печь, а ватрушки поставила в запечье.

Заехал кум во двор, распряг лошадь, заходят вместе с же­ной в дом. И прямо с порога:

—  Ох, и страху же пришлось натерпеться дорогой!

—  Что-нибудь случилось? — затревожились хозяева.

—  Да вот ехали к вам и — надо же! — наехали на большую змею. Разлеглась на самой дороге и шипит, как ваше пиво, что на печке. А глаза светлые, словно стеклянные, и сверкают, как ваша водка под подушкой. Ну, я, не будь плох, схватил камень с баранью голову, что у вас в печи, да и стукнул ее по голове. Так стукнул, что она расплющилась и стала точно такой же, как ваши ватрушки, что в запечье.

Поняли хозяева, что за гости к ним приехали и — делать нечего! — начали выставлять на стол все, что было в доме.

Чувашские сказки. 2-е изд. Чебоксары: Чувашское книжное издательство, 1984 г. — 160 с. Перевод Семена Ивановича Шуртакова.

"Вот будет здорово!"

Шел мужик полем. Увидел под кустом зайца, обрадовался, размечтался. «Вот поймаю сейчас этого зайца, мясо съем, а шкуру продам и куплю поросенка. Поросенок вырастет, станет свиньей, а свинья принесет двенадцать поросят. Тех поросят я тоже выращу, потом заколю и будет у меня це­лый амбар мяса. Мясо продам, а на вырученные деньги по­ставлю новый дом с просторными сенями да резным крыльцом — вот будет здорово!»

Увидев в мыслях новый дом, мужик, на радостях, громко повторил:

—  Вот будет здорово!

А заяц услышал мужика, испугался и убежал.

Чувашские сказки. 2-е изд. Чебоксары: Чувашское книжное издательство, 1984 г. — 160 с. Перевод Семена Ивановича Шуртакова.

Большой заяц

Однажды мы с дедушкой пошли на охоту. Увидели зайца, стали его гнать. Бьем дубиною, убить не можем. Тогда ударил я его прутом чернобыла и убил. Стали мы его вдвоем с дедушкой поднимать — поднять не можем. По­пробовал один — поднял и на воз положил. Телега наша была запряжена парой лошадей. Нахлестываем лошадей, а они не могут с места воз стронуть. Тогда мы выпрягли одну лошадь, другая повезла. Приехали домой, стали с дедушкой снимать зайца с воза — не можем снять. Попробовал я один — снял. Хочу внести его через дверь — не лезет, а через окно свободно прошел. Собрались мы зайца в котле варить — не помещается, а положили в котелок — еще и место осталось. Попросил я мать сварить зайца, а она стала варить да не уследила: вода сильно забурлила в котелке, заяц выскочил, а кошка — тут как тут — его и съела. Так нам и не пришлось отведать зайчатины.

Чувашские сказки. 2-е изд. Чебоксары: Чувашское книжное издательство, 1984 г. — 160 с. Перевод Семена Ивановича Шуртакова.

"Кто увидит хороший сон, тому и гуся"

Один богатый человек задумал в воскресенье поехать на базар. А до базарного села было далеконько и приходилось брать в дорогу какую-нибудь провизию. У богача было много всякой скотины и домашней птицы: тысяча коров, тысяча лошадей, тысяча свиней, столько же гусей, уток, кур. Вот он и думает: неплохо бы взять в дорогу гуся, но если за­резать одного гуся, то останется девятьсот девяносто девять — нехорошо, неровный счет. Как же быть? Что делать?

Ближним соседом богача был поп, у которого скотины и всякой другой живности насчитывалось столько же, сколь и у богача. И поп, собираясь в воскресенье на базар, тоже разду­мывал: неплохо бы зарезать на дорогу утку, но ведь тогда останется девятьсот девяносто девять уток — негоже, неровный счет. Что делать? Не спросить ли у соседа, может, он что-то присоветует?

Идет поп к соседу-богачу и говорит:

—  Собираюсь, кум, поехать в воскресенье на базар, но ни­как не придумаю, что из провизии взять на дорогу.

Богатому соседу такие речи — маслом по сердцу.

—  Вот и я тоже, — отвечает он, — думал-думал, а ничего не надумал. Можно бы зарезать курицу, но ведь тогда останет­ся девятьсот девяносто девять кур — неровный счет.

—  А может, так сделать, — предложил поп. — Я слышал, собирается на базар крестьянин Метри, а лошади у него нет. Вся домашняя живность у него состоит в одном гусе. Так вот, пусть он зарежет его для ровного счета, а мы за это возьмем Метри на базар.

Пошли они к крестьянину Метри. Зашли в избу, говорят:

—  Ты зарежь своего гуся, и мы возьмем тебя на базар.

Почесал в затылке Метри, подумал. Жалко гуся, но соби­рался он на базар за деревянными кадками для солений, а на себе их не донесешь. Волей-неволей пришлось согласиться.

Наутро поехали трое соседей на базар. Каждый купил, что ему надо, уложили покупки на подводу и отправились в обрат­ный путь.

В пути их застала ночь. Пришлось остановиться на ночлег прямо в поле. Метри начал варить гуся.

—  Когда он еще сварится! — сказал поп. — Не лучше ли нам сейчас лечь спать, и кто увидит хороший сон, тот один съест гуся, а кто увидит плохой, останется голодным.

Оставили гуся довариваться-дожариваться в котле над костром, а сами легли спать.

Просыпаются утром, поп и говорит:

—  Ну, красивый сон я видел! Будто поехал на базар и купил золотую узду, надел эту узду на лошадиную голову — вся лошадь стала золотой и взмыла вверх. Так очутился я на седьмом небе. Там золотая лошадь меня оставила одного, но тут же вернулась и протянула мне тысячу рублей. Я обрадовался, взял деньги, опять вскочил в седло и начал опускаться на землю, чтобы на земле взяться за жареного гуся.

После попа начал рассказывать свой сон богач:

—  Я тоже во сне ехал на золотом коне. Ехал следом за тобой, но мой конь дал мне в три раза больше денег.

Крестьянин послушал своих соседей да и говорит:

—  А я во сне сколько ни гнался на своей лошади за вами, не сумел догнать и повернул обратно. Видя, какие большие деньги вам перепали, я подумал, что при них вы не будете го­лодать, и когда приехал сюда, один съел гуся.

Богач с попом сначала посчитали, что Метри шутки шутит. Но когда подошли к котлу, то увидели на дне его одни лишь косточки от гуся.

Чувашские сказки. 2-е изд. Чебоксары: Чувашское книжное издательство, 1984 г. — 160 с. Перевод Семена Ивановича Шуртакова.