Лисичка, кот, волк, медведь и кабан

Бежит из села кот, а лисичка из лесу, и повстречались. Говорит лисичка:

—  Здравствуй!

—  Здравствуй! — говорит кот.

—  Как тебя звать? — спрашивает лисичка.

—  Премудрый Соломон. А тебя?

—  Лисица-вдовица.

—  Так давай жить вместе.

—  Давай!

Построили себе хату, живут.

Говорит лисичка:

—  Премудрый Соломон! Я видела там дохлого барана ободрали, пойдем притащим его.

Пошли. Притащили и едят. Приходит волк:

—  Открой! — кричит.

—  Убегай, пан Козловский, — говорит лисичка, — а то вот премудрый Соломон уже пана Барановского ест, он и тебя съест.

Испугался волк, убежал. Приходит медведь:

—  Открывай!

—  Убегай, пан Кудлаш, — говорит лисичка, — вот уже пана Козловского доедаем, а тогда и тебя съедим! Испугался медведь, убежал. Приходит кабан:

—  Отвори!

—  Убегай, пан Рылач, мы уже Кудлаша доедаем, а тогда и тебя съедим!

Испугался кабан, убежал.

Вот собрались все вместе: волк, медведь и кабан и говорят:

—  Пойдем посмотрим на премудрого Соломона. Подходят к хатке, а там кот мясо ест и мурчит:

—  Мя-у! Мя-у! Ма-у!

—  Гей, — говорят, — надо бежать, а то он говорит, что и нас будет мало.

Испугались, побежали дальше, а потом и говорят:

—  Пожалуй, — говорят, — в такой маленькой хатке и зверь-то должен быть маленький, — неужто он нас съест? Пойдем посмотрим на него все-таки. Зароемся в землю или ляжем под колодой и притаимся.

Зарылся кабан в землю, хвостиком машет, медведь на дуб забрался, волк под колодою лежит.

Вот лисичка и говорит коту:

—  Пойдем, я гусочку поймаю, а мы и притащим ее. Пошли. Лисичка впереди, а кот позади и все мурчит:

—  Мя-у! Мя-у! Ма-у!

Увидал он вдруг кабаний хвостик.

И подумал, что это мышь, и как вцепится в хвост когтями. А кабан как кинется с перепугу да как ударит об дуб рылом… Кот испугался и на дуб, где сидел медведь. А медведь как грохнется на колоду, где сидел волк; все вскочили — и бежать.

Потом собрались, рассказывают. Говорит кабан:

—  Вот было дело: как схватит он меня за хвост да об дуб головой…

А медведь говорит:

— А меня как схватит за шерсть, так с дуба и сбросил…

А волк говорит:

—  Как подобрался он ко мне, а я под колодой лежал, взял он колоду да как грохнул меня по спине, и до сих пор еще спина болит!

Вот они и говорят:

—  Пусть на него бес смотрит, а мы больше не пойдем! А испуганный кот с лисичкой пошли, притащили гусочку, да и едят себе.

Лисичка и Журавль

Жили-были Лисичка и Журавль. Однажды они в лесу повстречались. Да так подружились!

Зовёт Лисичка Журавля к себе в гости:

—  Приходи, — говорит, — Журавлик, приходи, лебедь мой! Я для тебя, как для себя постараюсь. Я для тебя, как для себя. Как не откликнуться на такое приглашение!

Вот приходит Журавль. А Лисичка наварила кашки с молочком, размазала по тарелке и приглашает:

—  Угощайся, Журавлик, угощайся, миленький!

Журавль к тарелке — стучал, стучал клювом, ничего ухватить не может.

А Лисичка принялась за еду — раз да раз языком, сама всю кашу и вылизала.

Вылизала и говорит Журавлю:

—  Извини, Журавушка, — что имела, того не жалела, а больше угостить нечем.

—  Что ж, спасибо, — отвечает Журавль. — Теперь, Лисичка, ты ко мне в гости приходи.

—  Приду, Журавлик, приду, лебедь мой!

На том и расстались.

Вот уже Лисичка идёт к Журавлю в гости. А Журавль наварил такой вкуснятины: взял и мяса, и свеколки, и картошечки — всего-всего, накрошил меленько, сложил в кувшинчик с узким горлышком и говорит:

—  Угощайся, милая подружка, не стесняйся!

Лисичка к кувшинчику — голова не влезает! Она сюда, она туда, она и боком, и стоя, и лапкой, и заглядывает, и принюхивается…

А Журавль не зевает: всё клювом в кувшинчик, всё в кувшинчик. Потихоньку-помаленьку — и съел всё, что наварил. А потом говорит:

—  Ты уж извини, Лисонька, что имел, того не жалел. А больше и угостить нечем.

Ох и разгневалась Лисичка! Так рассердилась, что и поблагодарить забыла, как принято, как положено.

Так, видно, ей Журавушкино угощенье по вкусу пришлось!

С той поры и не водится с Журавлями.

Летучий корабль

Жили-были мужик да баба. Жили они в любви и согласии. И был у них сынок Коля. Однажды Колина мать захворала неведомой болезнью и умерла. Погоревал мужик, погоревал, а потом опять женился, так как трудно ему было без жены с хозяйством управляться.

Сперва Коле хорошо жилось. Мачеха любила его как родного сына. Но прошёл год-другой и будто кто-то подменил мачеху. Стала она донимать Колю разной работой, да всё время ругать и попрекать. Наработается он за день, так устанет, что еле-еле до постели доберётся, а мачеха всё недовольна. Но Коля был добрый, терпел и никогда не жаловался отцу, чтобы не огорчать его. Так дожил он до пятнадцати лет.

Как-то раз злая мачеха положила Коле в торбу чёрствых корок и послала его в лес по дрова. А до леса далеко идти было — десять вёрст с гаком. Шёл, шёл бедный мальчик, задумался о своём горьком житье, затужил и заплакал. Вдруг видит — подходит к нему седой старичок и говорит:

—  Здорово, сынок! Куда путь держишь?

—  Здравствуй, дедушка, — отвечает Коля — Иду я в лес по дрова.

—  А что ты, сынок, плачешь?

—  Да как же мне, дедушка, не плакать? — Горькое у меня житьё. Нет у меня родной матушки. А мачеха совсем заморила работой и впроголодь держит. И доброго слова от неё не слышу — одни только попреки.

Вздохнул старик, покачал головой и говорит:

—  Вот оно что. Ну ладно, сынок. Давай сядем, отдохнём и поедим. Вынимай из торбы, что там у тебя есть.

—  Да ты, дедушка, и есть не станешь. У меня в торбе одни только чёрствые корки.

—  Ничего, давай, что есть.

Сошли они с дороги и сели на травку. Сунул Коля руку в торбу и вынул не корки, что мачеха положила, а мягкий пшеничный каравай. Удивился он, а старик посмеивается:

—  Вот видишь, сынок, что у тебя в торбе было. А ты говорил, что не стану я есть.

Смотрит Коля на хлеб и не знает, что сказать, а старик говорит:

—  Ешь, сынок. И я с тобой поем. Стали они есть. Давно Коля не едал такого вкусного хлеба. Наелся вволю. А от каравая ломоть остался. Положил он его в торбу, а в ней другой каравай. Ещё больше удивился Коля.

А старик поблагодарил его за угощение и сказал:

—  Слушай, сынок, что я тебе скажу. Добрый ты парень, а живёшь худо. Хочу я тебе помочь. Ежели ты меня послушаешься, хорошо жить станешь. Ступай в лес и разыщи там поляну, на которой растёт большой дуб. Стукни по тому дубу три раза топором, а сам ложись ничком и лежи, покуда к тебе люди не подойдут. Начнут они тебе разные вещи предлагать, но ты не вставай и от всего отказывайся. А вот когда они спросят:

«Не нужен ли тебе, молодец, летучий корабль?» — ты мигом встань и ответь: «Нужен мне летучий корабль!» Тут он и появится перед тобой. Садись в корабль, поднимай пaрус и отправляйся в престольный град. И кого ни увидишь по дороге, забирай с собой!

Поблагодарил Коля старика. Потом они попрощались. Старик пошёл своей дорогой, а Коля в лес отправился. Отыскал он в лесу поляну, на которой большой дуб стоял. Ударил по нему три раза топором и лёг ничком на землю. Прошло немного времени, слышит Коля — подходят к нему люди и спрашивают:

—  Эй, молодец, не хочешь ли ты поесть?

—  Нет, не хочу, — отвечает Коля.

—  Может, тебе денег надо?

—  Нет, не надо.

—  Может, наряды дорогие хочешь?

—  И дорогих нарядов не хочу! Чего только не предлагали Коле неведомые люди, от всего он отказывался. Наконец, спросили его люди:

—  Не нужен ли тебе, молодец, летучий корабль?

Тут Коля мигом вскочил на ноги и говорит:

—  Нужен мне летучий корабль!

И сразу же появился перед ним летучий корабль. Сел Коля в корабль, натянул парус и полетел.

Летит, летит, а сам всё на землю смотрит. Вдруг видит он — идёт по дороге мужик и несёт за спиной корзину с хлебом.

Подлетел к нему Коля и спрашивает:

—  Куда ты, добрый человек, идёшь?

—  Иду в село за хлебом, проголодался я.

—  Да ведь у тебя за спиной полная корзина хлеба!

—  А мне этого хлеба — один раз куснуть! Подивился Коля — ну и прожорливый мужик! Вспомнил он наказ старика и говорит:

—  Садись, дяденька в корабль. Полетим в престольный град, там хлеба много.

Согласился мужик. Полетели они дальше вдвоём. Летели, летели, видят — лежит на дороге мужик, прижался ухом к земле и слушает. Остановил Коля свой корабль и говорит:

—  Здравствуй, добрый человек! Что это ты делаешь?

—  Да вот слушаю, что в престольном граде люди говорят.

—   А мы как раз туда летим. Садись с нами!

Согласился мужик. Полетел корабль дальше.

Летели они, летели, видят — стоит на дороге стрелок и прицеливается, а кругом ничего не видно.

Поздоровался с ним Коля и спрашивает:

—  В кого это ты целишься? Ведь никого поблизости нет.

—  А я по близкой цели не стреляю, — отвечает стрелок. — Я всё по дальним стреляю. Вот сейчас в престольном граде сидит на кресте колокольни муха. И хочу я, чтобы моя стрела попала этой мухе в правый глаз.

—  Неужто ты за столько вёрст муху разглядел?

—  Это что! — ответил стрелок. — Я ещё дальше вижу.

—  А мы как раз в столицу летим. Садись с нами!

Согласился стрелок. Полетел корабль дальше.

Летели они, летели, видят — по дороге человек на одной ноге скачет, а другая у него к уху привязана.

—  Здравствуй добрый человек, — сказал Коля. — Что это ты на одной ноге скачешь?

—  А потому я скачу на одной ноге, — отвечает человек, — что ежели на обе стану, за пять шагов весь свет обойду. А я не хочу.

—  Куда же ты идёшь?

—  В столицу.

—  Садись с нами!

Сел человек в летучий корабль. Полетели они дальше.

Летели, летели, видят — ходит по берегу озера какой-то мужик, будто что-то ищет. Подлетел Коля к нему и спрашивает:

—  Что ты тут ходишь и ищешь, добрый человек?

—  Пить хочу, — отвечает мужик, — да никак воды не найду.

—  Да ведь перед тобой целое озеро! Что же ты не пьёшь?

—  А много ли в нём воды! Мне и на один глоток не хватит!

—  Тогда садись с нами! Мы в столицу летим. А она на большой реке стоит, напьёшься вволю!

Сел мужик, полетели они дальше.

Летели они, летели, видят — идёт мужик к лесу, а сам тащит на спине целую вязанку дров.

Подлетел к нему Коля и спрашивает:

—  Почему же ты, добрый человек, несёшь дрова в лес? Ведь в лесу можно нарубить дров, сколько хочешь!

А мужик отвечает:

—  Это дрова не простые, а волшебные. Ежели кто меня обидит, то я эти поленья на землю брошу, и появится непобедимое войско — тут тебе и пехота, и артиллерия, и кавалерия!

—  А не хочешь ли ты полететь с нами в столицу?

Согласился мужик. Полетели они дальше. Повстречали ещё одного мужика. Идёт он и тащит мешок соломы. Поздоровался с мужиком Коля и спрашивает:

—  Куда это ты солому несёшь?

—  В село.

—  Неужто в селе соломы нет?

—  Есть, да не такая. Не простая у меня солома. Какая бы жарища не стояла, как бы солнышко не пекло, только раскидаю эту солому — сразу холодно станет и всё вокруг инеем покроется.

—  Хочешь полететь с нами в престольный град?

Согласился мужик. Полетели они дальше. Долго они летели, нет ли, но прилетели в столицу царства. А у царя этого царства была дочь-красавица. Когда Коля посадил свой корабль на площади, то весь город сбежался поглядеть на такое чудо. Как увидела царевна летучий корабль, захотелось ей покататься на нём. Пригласила она Колю во дворец и стала упрашивать:

—  Покатай меня на летучем корабле. Хочется мне поглядеть на столицу с высоты! А Коля говорит:

—  Покатаю я ту пригожую девицу, которая согласится замуж за меня выйти.

Пошла царевна к отцу и говорит ему:

—  Очень мне хочется покататься на летучем корабле. А этот деревенщина хочет, чтобы я за это замуж за него вышла. Как же я, царевна, за крестьянина выйду? Надо что-то придумать.

Стали царь с царевной думать и гадать, как завладеть летучим кораблём. И решили они погубить Колю хитростью. Вызвал царь Колю во дворец и говорит:

—  Ладно, согласен я выдать свою дочь за тебя замуж. Присылай сватов, а я им выставлю угощенье — сорок караваев и сорокаведерную бочку вина. Ежели они всё это в один присест съедят, отдам за тебя дочку, а нет — вот мой меч, твоя голова с плеч!

Услышал всё это Слухало и рассказал товарищам.

Приходит Коля из дворца, голову повесил, вздыхает. Хотел он было сесть в летучий корабль да и улететь из столицы подобру-поздорову. Но тут подошли к нему Объедало с Опивало и говорят:

—  Что ты, Коля, пригорюнился, или забыл про нас? Мы тебе поможем. Посылай нас сватать царевну!

Обрадовался Коля и послал их во дворец.

Пришли сваты во дворец, сели за стол. Объедало как принялся уплетать — все сорок караваев съел и ещё просит. А Опивало одним духом выпил сорокаведерную бочку вина и тоже ещё просит.

Удивился царь. Никогда он ещё таких обжор и выпивох не видел. Пошёл к царевне, и стали они опять думать и гадать, как бы Колю со свету сжить. Придумали новую задачу. Вызвал царь Колю во дворец и говорит:

—  Отдам за тебя дочку, но сперва ты должен подарить ей обручальное кольцо. А кольцо это находится в дальнем царстве, за тридевять земель отсюда. Ежели ты за три часа не принесёшь это кольцо — прикажу отрубить тебе голову.

Услыхал всё это Слухало и рассказал товарищам.

Приходит Коля мрачнее тучи. Не знает, что и делать. Уж не лучше ли, думает, улететь ему из столицы, пока голова цела! А Скороход и говорит ему;

—  Что ты, Коля, пригорюнился? Я тебе помогу. Не через три, а через два часа будет у тебя кольцо для царевны.

Отвязал Скороход ногу от уха, сделал пару шагов и. . . очутился в тридевятом царстве. Раздобыл обручальное кольцо и повернул обратно. Шагнул раз, и захотелось ему вдруг отдохнуть немного. Прилег Скороход под тенистым дубом да и заснул глубоким сном.

Ждёт Коля Скорохода. Два часа уже прошло, а его всё нет и нет. Встревожился он. «Пропал я», — думает. Увидел Слухало, что Коля ни живой, ни мёртвый сидит. Подошёл к нему и спрашивает:

—  Что с тобой?

—  Да вот, говорил Скороход, что воротится через два часа, а уже третий час на исходе. Пропала моя головушка!

Приложил тогда Слухало ухо к земле и давай слушать. Послушал и говорит:

—  Не горюй, Коля. Спит он, такой-сякой, под дубом. Спит-храпит, носом посвистывает!

—  Что же мы теперь делать будем? — спрашивает Коля. — Как его разбудить? Тут Стрелок и говорит:

—  Не бойся, я его сейчас разбужу! Взял Стрелок ружьё, прицелился и пальнул прямо в дуб. Сбила пуля ветку. Упала она на Скорохода. Проснулся он, вскочил на ноги и руками всплеснул.

—  Как же это я так заспался? Шагнул раз — и очутился перед Колей. Взял Коля у него обручальное кольцо и побежал во дворец.

—  Вот тебе, царевна, колечко. Принёс я его вовремя.

Удивились царь с царевной. Стали они опять думать и гадать, как погубить Колю. И придумали. Снова вызвал царь его во дворец и говорит:

—  Надо тебе, молодец, перед свадьбой в баню сходить, помыться да попариться.

—  Ладно. — сказал Коля. А царевна в это время велела слугам чугунную баню докрасна накалить. Подойти к ней нельзя, не то что мыться.

А Слухало слышал, как царь с царевной договаривались погубить Колю, и рассказал товарищам.

Повели слуги Колю в баню, а за ним Морозко со своей соломой пошёл. Подходят они к бане, а из двери прямо огнём пышет, от жару дух захватывает. Подскочили слуги, втолкнули Колю и Морозку в баню и дверь заложили. Но Морозко раскинул солому, и в бане вмиг сделалось так холодно, что даже стены покрылись инеем.

Прошёл час-другой. Кликнул царь своих слуг.

—  Ступайте в баню, поглядите, что там делается. Наверно, от жениха с мужиком только зола осталась.

Пошли слуги в баню, отворили дверь. А Коля сидит на печи и говорит:

—  Плохая у царя банька! Так холодно, будто никогда её не топили. Замёрзли мы совсем!

Побежали слуги к царю и рассказали про это чудо.

Удивились царь с царевной, и снова принялись думать и гадать, как им Колю со свету сжить. Решили они силой отобрать у него летучий корабль, а самого в темницу бросить и уморить голодом.

Вызвал царь генералов, приказал им собрать свои полки и взять Колю в плен.

А Слухало, конечно, всё это услышал и рассказал товарищам.

Испугался Коля — никогда он не воевал и войны не видал. Решил он сесть на свой корабль и улететь подальше от этого ненавистного царства. Но тут подошёл к нему мужик с вязанкой дров и говорит:

—  Чего ты, Коля, испугался? Я тебе помогу с царским войском справиться.

А в это время царские полки вышли на площадь и окружили летучий корабль.

Снял мужик свою вязанку с плеч и начал бросать полешки во все стороны. Появилось перед царскими полками непобедимое войско — и пехота, и кавалерия, и артиллерия. Стоит войско и ждёт сигнала, чтобы войну начать. Подал Коля сигнал, и ударило волшебное войско по царским полкам. Не успели царь с царевной оглянуться, как все их солдаты разбежались кто куда, а сами они в плену оказались. Отправил Коля царя в ту самую баню, в которой его живьем сжечь хотели. Потом подошёл к царевне и говорит:

—  Не хочу я жениться на тебе. Хотели вы с царём погубить меня, да ничего не вышло. Помогли мне мои товарищи. И придётся тебе сейчас выбирать — либо уйти прочь из этого царства-государства, либо сидеть в чугунной бане со своим отцом, покуда не замёрзнете.

Упала царевна перед Колей на колени и принялась молить его о прощении. Поклялась, что станет доброй, хорошей, упрашивала его жениться на ней.

Но Коля не женился на царевне, а прогнал её вместе с царём прочь. Народ был этому очень рад, потому что Коля освободил ею из-под власти злого царя.

И никогда с той поры в этом государстве никакою царя не было.

Кошелечек

Жили себе муж и жена, и была у них пара волов, а у соседей повозка. Вот как подойдет, бывало, воскресенье или праздник какой, то и берет себе кто-нибудь из них волов и повозку и едет в церковь или в гости, а на следующее воскресенье — другой, так между собой и делились.

Вот раз баба и говорит старику, чьи волы были:

—  Отведи волов на базар и продай, а мы себе купим лошадей и повозку, будем сами по воскресеньям в церковь и к родичам ездить. Да и то сказать — ведь сосед свою повозку не кормит, а нам приходится кормить.

Накинул старик веревку волам на рога и повел. Ведет по дороге, догоняет его человек на коне.

—  Здорово!

—  Здорово!

—  А куда ты волов ведешь?

—  Продавать.

—  Променяй мне волов на коня.

—  Давай!

Променял он волов на коня, едет на коне. А тут навстречу ему ведет человек на ярмарку корову.

—  Здорово!

—  Здорово!

—  А куда это ты едешь?

—  Вел я на ярмарку волов продавать, да на коня променял.

—  Променяй мне коня на корову.

—  Давай!

Поменялись. Ведет он корову, а тут человек свинью гонит.

—  Здорово!

—  Здорово!

—  А куда это ты корову ведешь?

—  Да вел я на ярмарку волов, да на коня променял, а коня на корову.

—  Променяй мне корову на свинью.

—  Давай!

Гонит он свинью, а тут человек ведет овцу.

Расспросили друг друга.

—  Променяй свинью на овцу.

—  Давай!

Гонит уже дед овцу, а тут человек несет продавать гуся.

Расспросили друг друга.

—  Променяй овцу на гусыню.

—  Давай!

Прошел дед немного с гусыней, несет человек петуха. Разговорились.

—  Променяй гусыню на петуха.

—  Давай!

Несет дед петуха, а тут нашел человек на дороге пустой кошелечек. Разговорились.

—  Вот нашел я кошелек, променяй петуха на кошелечек!

—  Давай!

Спрятал дед кошелек, идет себе на ярмарку. Подходит к городу — надо переезжать реку на пароме, а ему за перевоз заплатить нечем. Перевозчики ему говорят:

—  Дашь хоть этот кошелек, то перевезем.

Отдал он.

А стоял там чумацкий обоз. Как узнали у него чумаки, за что он выменял кошелечек, стали над ним смеяться.

—  Что тебе, — говорят, — жинка за это сделает?

—  Да ничего! Скажет: «Слава Богу, что хоть сам живой воротился».

Вот и побились они об заклад: коли скажет жена так, отдадут ему чумаки все двенадцать груженых возов да еще с батогами в придачу. Выбрали одного из обоза и послали к его старухе.

Вот приходит он.

—  Здравствуйте!

—  А ты про своего старика слыхала?

—  Нет, не слыхала.

—  Да он волов на коня променял.

—  Вот хорошо! Волы недорого стоят, как-нибудь и соберемся купить.

—  Да и коня променял на корову.

—  Это еще лучше: будет у нас молоко.

—  Да и корову на свинью променял.

—  И то хорошо: будут у нас поросяточки, а то как заговенья или разговляться, все покупать приходится.

—  Да и свинью на овцу променял.

—  И то хорошо: будут у нас ягняточки да шерсточка, будет мне что в спасовку прясть.

—  Да и овцу променял на гусыню.

—  И то хорошо: будут у нас крашенки и перья.

—  Да и гусыню на петуха променял.

—  О, это еще лучше! Будет петушок по утрам петь, нас на работу будить.

—  Да и петуха на кошелек променял.

—  И это хорошо. Как кто что заработает — он, или я, или дети, — в кошелек складывать будем.

— Д а он и кошелек-то за перевоз отдал.

—  Ну что ж, слава Богу, что хоть сам живой воротился.

Вот чумакам и нечего делать — отдали они ему все двенадцать возов.

Котик и петушок

Жили-были котик да петушок и побратались. Понадобилось котику пойти по дрова, вот и говорит он петушку:

—  Ты, петушок, сиди на печи да ешь калачи, а я пойду по дрова, а придет лисичка, то не отзывайся.

Ушел.

Прибежала лисичка, стала петушка из хаты выманивать:

—  Братец петушок, открой! Братец петушок, открой! А не откроешь, оконце выбью, борщок съем и тебя заберу. А петушок в ответ:

— Тоток! Тоток! Не велел коток. Выбила лисичка оконце, съела борщок и схватила петушка. Несет его, а он кличет котика, поет:

Котик,
Братик,
Несет меня лиса
За кленовые леса,
За крутые горы,
За быстрые воды!..

Вот услыхал котик, прибежал, отнял петушка, принес домой и опять наказывает:

—  Смотри ж, петушок, как придет лисичка, не откликайся, я теперь уйду дальше!

И ушел.

А лисичка уж и бежит. Стук-стук в оконце!

—  Братец петушок, открой! А не откроешь, оконце выбью, борщок съем и тебя заберу. А петушок все:

—  Тоток! Тоток! Не велел коток! Выбила лисичка окошко, съела весь борщ и его схватила, несет. А петушок снова:

Котик,
Братик,
Несет меня лиса
За кленовые леса,
За крутые горы,
За быстрые воды!..

Пропел раз — не слышит котик; запел второй раз, погромче. Прибежал котик, отнял его, принес домой и говорит:

—  Теперь я пойду далеко-далеко, и как ты ни кричи, а я не услышу. Молчи, не откликайся лисичке. Ушел, а лисичка тут как тут.

—  Братец петушок, открой! Братец петушок, открой, а не откроешь, оконце выбью, борщок съем и тебя возьму.

А петушок:

—  Тоток! Тоток! Не велел коток!

Выбила лисичка окошко, съела борщ и его схватила. Несет, а петушок поет раз, второй, третий. Котик не услышал, а лисичка понесла петушка домой.

Вечером приходит котик домой — нет петушка, он крепко огорчился, а потом сделал себе маленькую бандуру, взял торбу, молоток и пошел к лисичкиной хатке, стал и заиграл:

А у лиски-лиски новый двор
И четыре дочки на подбор,
Пятый Пилипок,
Да и то мой!
Пилипок, Пилипок, выйди, посмотри,
Как бубны бубнят, как сурны сурнят — погляди!

А лисичка паляницы пекла. Вот не вытерпела старшая дочка и говорит:

—  Мама, пойду я посмотрю, кто это так ладно играет, и паляницу возьму. А лисичка говорит:

—  Ступай! — и дала ей паляницу.

Дочка вышла, а котик цок, да по лбу ее, да в писаную торбу, и снова играет.

Вот вторая лисичкина дочка выбежала из хатки, а котик — цап ее за виски да в писаную торбу, а сам на бандуре играет да так жалобно поет:

Ой у лиски-лиски новый двор
И четыре дочки на подбор…

Выбежала третья, а он цап ее за виски. Выбежала четвертая, он и ее тоже. Выбежал сынок Пилипок, а он и его. Сидят теперь все пятеро лисенят в писаной торбе.

Завязал тогда котик торбу веревочкой, идет в лисичкину хату. Вошел, видит — лежит петушок еле живой. Перышки на нем поободраны и ножка оторвана. А в печи уже и вода греется, чтобы было в чем петушка сварить.

Схватил котик петушка за хвостик и говорит:

—  Братец петушок, встрепенись!

Встрепенулся петушок, хотел было на ноги подняться и закукарекать, да не может. Нету одной ноги. Взял тогда котик оторванную ножку, приставил ее, перышки воткнул в хвост. Петушок вскочил, закукарекал.

Вот тогда поели они все, что было в лисичкиной хате, горшки-миски побили, а сами домой воротились.

И живут себе счастливо там и сейчас и хлеб жуют, а петушок теперь, что бы котик ему ни говорил, во всем его слушается. Беда разуму научила.