Заур

В одном ауле жил бедный старик. И было у него три сына. Далеко по Кабарде шла молва о храбрости старших его сыновей, а о третьем никто не говорил доброго слова.

Старшие братья часто уходили в боевые походы, а Заур дома оставался, носил воду, готовил еду. Много времени проводил Заур у очага, и старшие братья часто насмехались над ним.

Была у старика одна-единственная кобылица. Никому старик её не показывал. Сам чистил кобылицу, сам кормил и поил, а по ночам, когда все спали, выводил пастись.

Однажды занемог старик и, чувствуя приближение смерти, позвал своих сыновей.

— Должен я открыть вам одну тайну. Оставляю я вам в наследство одну-единственную кобылицу, равной которой нет на всём свете, — сказал старик. — Каждый год приносит она необыкновенного жеребёнка, но в ту же ночь какой-то злодей похищает его. Ни разу за всю жизнь не смог я уберечь жеребёнка. Вас трое, вы молоды и сильны, сумеете сохранить жеребят. Если у каждого из вас будет по коню от этой кобылицы, вам никто не страшен.

С этими словами старик умер.

Похоронили братья своего отца. Опечаленные, вернулись они домой. Наступил вечер.

— Сегодня должна ожеребиться кобылица, надо уберечь жеребёнка, — сказал Заур.

— Я пойду в конюшню и уберегу жеребёнка от злодея. Вор не уйдёт живым! А когда я вернусь — чтоб меня ждал тёплый чурек, — сказал старший брат, облачился в доспехи, взял острый меч и отправился.

Пришёл он в конюшню, залез на балку и притаился с обнажённым мечом наготове. Долго сидел он, не спуская глаз с дверей. Всю ночь не смыкал глаз, а под утро сморил его крепкий сон. Проснулся старший брат, когда солнце уже высоко стояло, и видит: кобылица ожеребилась, а жеребёнка и след простыл.

Не хотелось ему признаться, что проспал он жеребёнка. Вернулся старший брат в дом и говорит:

— Наш отец сказал неправду. Всю ночь не смыкал я глаз, но не видел ни жеребёнка, ни вора. Видно, отец хотел, чтобы мы хорошо стерегли кобылицу, потому и придумал про жеребёнка.

Прошёл год, опять наступил срок кобылице принести жеребёнка, и Заур сказал:

— Братья, надо нам выполнить завет отца.

— Я никому не позволю украсть жеребёнка, а вора не отпущу живым! — сказал средний брат.

Снарядился он и отправился в конюшню.

Забрался на балку и сидит с обнажённым мечом.

В полночь кобылица принесла жеребёнка невиданной красоты. Залюбовался им средний брат. Вдруг распахнулась дверь, и в конюшню влетел иныж — чудовище с семью головами. Испугался средний брат, сидит не шелохнётся. А иныж схватил жеребёнка и убежал.

Стыдно было среднему брату признаться, что он струсил. Вернулся он домой и сказал:

— Всю ночь не сомкнул я глаз, но не видел ни жеребёнка, ни вора. Видно, на старости наш отец ослабел умом: кто пойдёт красть жеребёнка, которого нет на свете?

Прошёл ещё год, и снова пришло время кобылице принести жеребёнка.

— Теперь настал мой черёд. Я иду охранять кобылицу, — сказал Заур.

Снарядился он и пошёл в конюшню. Забрался на балку, обнажил меч, сверкающий, словно солнце. Наступила полночь, и принесла кобылица крылатого жеребёнка — такой не снился Зауру даже во сне.

Вдруг распахнулась дверь, и в конюшню влетел семиглавый иныж. Он схватил жеребёнка, но Заур спрыгнул с балки, ударил мечом — и отлетела одна из голов чудовища. Иныж бросил жеребёнка, схватил свою отрубленную голову и убежал.

Не дождались старшие братья, пока вернётся Заур, рано утром пришли в конюшню. Обрадовались они, когда увидели жеребёнка, удивились мужеству Заура, но не стали хвалить младшего, а только насмешливо спросили:

— А где же вор? Если ушло туловище, должна была остаться отрубленная голова!

Заур показал им кровавый след, оставленный чудовищем, и пристыжённые братья замолчали.

Много ли, мало ли лет прошло, однажды Заур пас в ночном лошадей. Расстелил он свою чёрную бурку, прилёг на ней, да не мог уснуть — крепко задумался.

Подошёл к нему крылатый конь-альп, которого Заур когда-то спас от иныжа, и заговорил человечьим голосом:

— О чём ты задумался?

— Гложет меня печаль, — отвечал Заур. — В ту ночь, когда ты родился, от меня ушёл враг, и до сих пор я не сразился с ним.

— Я готов помочь тебе и разделить с тобою все лишения. Если ты окажешься настоящим джигитом, я буду для тебя достойным конём. Мы поедем в тот край, где живёт иныж.

— А как мы узнаем, где он живёт? — встрепенулся Заур.

— Там, где пролилась его чёрная кровь, вырос терновник.

Обрадовался Заур. Снарядился он, подтянул подпруги и вскочил на своего альпа.

Едет-скачет, едет-скачет, мало ли проехал, много ли проехал — кто знает? — выехали они на опушку леса. Там стояла старая покосившаяся лачуга.

«Тут я переночую, а мой альп передохнёт», — решил Заур.

Вошёл он в дом.

Видит — сидит старушка, прядёт шерсть.

— Пусть никогда не угаснет огонь в твоём очаге, нана! — поздоровался Заур.

— Кто может назвать меня наной? — обернулась старушка и заплакала.

— Скажи, отчего ты плачешь, нана?

— У меня нет никого, кто бы мог назвать меня матерью, — ответила старушка и заплакала ещё сильнее. — Была у меня единственная красавица дочь, но её похитил иныж. Вот уже три года, как я не видела живого человека!

— Не плачь, нана, — успокоил её Заур. — Я еду сразиться с тем иныжем и освобожу твою дочь.

— Сын мой, тебе не победить иныжа. Никто из людей не в силах одолеть его. Самый быстрый альп будет скакать до его крепости тридцать дней и тридцать ночей. Крепость иныжа находится высоко в горах. Даже горные орлы, которые летают выше всех, не долетают до неё. Одна-единственная тропинка ведёт к жилищу иныжа, — сказала старушка.

— Пусть я погибну, но назад не поверну, — ответил Заур.

— Ну что же, мой сын, если ты так решил, я помогу тебе. Одолеть иныжа можно только хитростью. Иныж спит семь ночей и семь дней подряд. Как только уснёт иныж, ты посади на коня мою дочь и скачи во весь дух обратно. Проснётся иныж и бросится за тобой в погоню. Возьми мои ножницы, зеркало и гребень. Они помогут тебе. Когда иныж станет настигать тебя, брось гребень, и позади вырастет колючий забор в семь рядов. Скоро опять станет догонять тебя иныж, ты брось ножницы, и позади поднимутся семь крепостей. Иныж станет разрушать их, а ты тем временем скачи дальше. Когда иныж в третий раз будет совсем близко, брось это зеркало, и земля покроется скользким льдом. Иныж упадёт, как только ступит на лёд. Тут уж ты сам будешь знать, как справиться с ним. Счастливого тебе пути, — сказала старушка и проводила Заура.

Едет-скачет, едет-скачет Заур тридцать дней и тридцать ночей и достиг крепости иныжа. Высоко на горе стояла крепость. Загоревал Заур — как попасть ему в крепость?

— Держись покрепче, Заур, я поднимусь на крыльях, и мы очутимся в крепости! — сказал ему конь человечьим голосом.

Ударил конь копытом, Заур глазом моргнуть не успел, как очутились они в крепости.

А в это время пришла пора иныжу заснуть на семь дней, семь ночей. Лёг он в свою постель, но прежде чем закрыть глаза, оглядел жилище — и вдруг увидел Заура. Страшным голосом заревел иныж.

— Не реви, злосчастный иныж, а принимай гостя как положено! Дай мне отдохнуть с дороги, — сказал Заур.

Он расседлал своего коня, а сам направился в кунацкую. Делать нечего, надо принять гостя!

Говорит иныж Зауру:

— Отдохни с дороги, а я посплю, как обычно, семь дней и семь ночей.

Только захрапел иныж, Заур посадил красавицу на своего коня и пустился в обратный путь.

Едет-скачет, едет-скачет Заур. Семь дней и семь ночей минуло.

Проснулся иныж, видит — нет его гостя и красавица пленница исчезла. Понял иныж, что обманули его, и пустился в погоню. Дня не прошло, как он уже нагнал беглецов.

Вот уже совсем близко иныж. Но тут Заур кинул гребень, и перед иныжем вырос колючий забор в семь рядов.

Начал иныж грызть-ломать забор, а беглецы тем временем далеко ускакали. Пробил себе путь иныж и опять погнался вдогонку. Слышит Заур, близко иныж.

Бросил Заур ножницы, и выросло перед иныжем семь неприступных крепостей. Пока иныж сокрушал крепости, беглецы тем временем далеко ускакали. Пробил иныж себе путь и снова кинулся вдогонку. Вот уж совсем мало осталось, сейчас схватит он Заура. Но тут Заур бросил на землю зеркало, и покрылась земля скользким льдом.

Только иныж ступил на лёд, шагу не шагнул — упал. Спешился Заур, вынул свой меч и снёс шесть голов чудовища иныжа. А потом вскочил на своего альпа и поскакал вместе с красавицей к нане.

Взял Заур ту красавицу себе в жёны, и живут они счастливо до сих пор.

Может быть, ты видел их большой дом на краю аула?

Кабардинские народные сказки. Пересказ и обработка Алиева А., Кардангушев З. — Москва: Детская литература, 1980 — с.127

Глупый волк

Жил-был глупый Волк. Был он таким глупым, что даже не мог себе ничего добыть на обед. Пошёл он к верховному богу тха попросить помощи.

Удивился тха: что это за Волк, если не может добыть себе пищу?

— Иди на луг. Там пасётся старая-престарая лошадь. Съешь её, — сказал тха.

Собрал Волк последние силы, поплёлся на луг.

— Салам алёйкум, старая Лошадь. Тха разрешил съесть тебя!

— А ты кто такой?

— Я Волк!

— Разве ты Волк? Ты Собака, — сказала Лошадь.

— Нет, я Волк.

— Ну, если ты и вправду Волк, то съешь меня! Откуда тебе удобнее начать — с головы или с хвоста?

Задумался глупый Волк, а Лошадь говорит:

— Не лучше ли тебе начать с хвоста? Пока ты будешь меня есть, я буду пастись и жиреть.

Согласился глупый Волк, подошёл к Лошади сзади, а она как лягнёт его копытом! Чуть до смерти не убила.

— Какой я глупый, почему я не начал есть её с головы! — завыл Волк.

Во второй раз пошёл Волк просить у тха помощи.

— На горе пасётся жирный Козёл. Полакомись им, — ответил тха.

Притащился Волк на гору, отыскал Козла и говорит:

— Салам алейкум, Козёл! Тха разрешил мне съесть тебя.

— Откуда же ты начнёшь меня есть? — спросил Козёл.

— С головы, — ответил глупый Волк.

— Становись под горой да раскрой пошире пасть. Я побегу с горы прямо к тебе в пасть, — сказал Козёл.

Встал Волк под горой, разинул пасть. А Козёл разогнался да как ударит Волка рогами — и был таков. Обидно стало Волку:

— Какой я глупый, почему я не догадался, что Козёл сам не побежит ко мне в пасть?

В третий раз пошёл он к тха. Совсем рассердился тха — что за глупый Волк?

В последний раз тха решил помочь Волку и послал его на луг, где пасся Телёнок. Приплёлся Волк на луг, отыскал Телёнка и сказал, что тха разрешил съесть его. А Телёнок и говорит:

— Разве наешься ты досыта таким маленьким Телёнком? Лучше садись на меня, я отнесу тебя в аул. У нас нет старшего пастуха, и ты будешь старшим среди них. Вот тогда наешься досыта!

Уселся глупый Волк на Телёнка, и тот побежал. Когда показалось селение, Телёнок громко замычал.

— Ты что кричишь? — спрашивает глупый Волк.

— Хочу, чтобы все узнали, что я нашёл старшего пастуха.

Тут выскочили люди — кто с вилами, кто с топорами, кто с колом, — глупому Волку конец пришёл.

Кабардинские народные сказки. Пересказ и обработка Алиева А., Кардангушев З. — Москва: Детская литература, 1980 — с.127

Овца и коза

Жил старик со старухой. Жили они бедно, только и богатства у них было — Овца да Коза. Да и тех нечем было кормить. И решили они прогнать Козу с Овцой — пусть сами себе корм добывают!

Шли, шли Овца и Коза, вдруг видят — лежит на дороге сумка. Заглянули, а в ней волчья голова. Взяли сумку, пошли они дальше.

Наступила ночь. Темно стало в лесу. Куда дальше идти? Глядят — горит на поляне костёр, а около костра три Волка варят в котле пшённую кашу — пасту.

Обрадовались Волки, как увидели Овцу и Козу:

— Теперь у нас будет и мясо!

— А что вы варите? — спрашивает Коза.

— Кашу варим, — отвечают Волки.

— Вот и хорошо, будет и у нас закуска. А ну, достань из сумки самую большую волчью голову, — сказала Коза Овце.

Достала Овца волчью голову, а Коза как закричит:

— Разве хватит нам такой маленькой головы? Я же тебе сказала — достань самую большую!

Испугались глупые Волки.

— Дрова у нас кончаются, пойду наберу сухих веток,- сказал один Волк и мигом скрылся в кустах.

Стал костёр затухать, а Волк всё не возвращается.

— Где это бродит наш братец? Пойду поищу его, — сказал второй Волк и тоже исчез.

Вскоре третий Волк говорит:

— Пока за ними не пойдёшь, они сами не придут, — и убежал в лес.

Только скрылся последний Волк, Коза с Овцой сняли кашу с огня, поели, а котёл разбили. Потом забрались на дерево — отдыхать.

Вернулись глупые Волки на поляну. Видят, каши нет, разбитый котёл на земле валяется.

— Почему мы испугались тех, кто всегда был нашей пищей? — удивляются Волки. — Разве могут Овца с Козой Волка съесть? Давайте найдём их. Теперь уж они нас не обманут.

Тут Коза с дерева как крикнет Овце:

— Скорее лови самого большого Волка! Что-то я проголодалась.

Услышали глупые Волки такие слова, ещё больше испугались и разбежались кто куда.

Кабардинские народные сказки. Пересказ и обработка Алиева А., Кардангушев З. — Москва: Детская литература, 1980 — с.127

Комар-хвастун

Когда в лесу наступает ночь, все звери и птицы засыпают в своих норах и гнёздах. Никто не нарушит тишины до тех пор, пока первый луч солнца не проникнет сквозь листву.

Однажды, когда всё утихло в лесу, вдруг раздался грозный рёв, словно гром грянул среди ночи.

Что случилось?

Это спросонья зарычал Лев — плохой сон приснился ему.

Испуганные звери повыскакивали из своих нор, птицы вспорхнули с насиженных мест.

Проснулся и Комар. Досадно стало ему, что Лев нарушил его сладкий сон. И решил Комар отомстить Льву. Точит он свой хоботок, а сам приговаривает, похваляется:

— Лучше бы этому Льву не попадаться мне на глаза, а то плохо ему будет!

Услышал Лев эти слова, в ярость пришёл:

— Мне, царю зверей, грозит какой-то Комаришка! Да я его раздавлю, он и пикнуть не успеет!

Взвился Комар, расправил крылышки и впился прямо в нос Льву.

Завыл Лев от боли. Он и катался по земле, и царапал когтями нос, а Комар цел-невредим. Ещё пуще жалит.

— Пусти меня, сдаюсь, ты осилил меня! — заревел Лев.

Отпустил Комар могучего Льва и полетел по лесу хвастать всем о своей победе.

— Я сильнее самого царя зверей — Льва! — трубил он. — Никому не одолеть меня.

И совсем забыл Комар-хвастун о Пауке.

Расхвастался Комар, загордился. Закружилась у него от радости голова, и залетел он прямо в сеть к Пауку. Тут и пришёл конец Комару-хвастуну.

Кабардинские народные сказки. Пересказ и обработка Алиева А., Кардангушев З. — Москва: Детская литература, 1980 — с.127

Черная лиса

Там, где река Теберда впадает в Кубань, жил старик по имени Шералуко. У него был сын Шамиль. Всем Шамиль был молодец: и ходок без устали, и стрелок без промаху, да не было у него счастья. А без счастья, известно, сколько ни иди — к хорошему не придёшь, сколько ни стреляй — всё мимо.

Охотился однажды Шамиль целую неделю — ничего не убил.

Вернулся он домой и узнал, что его старый отец Шералуко умер с голоду.

Заплакал молодец и ушёл куда глаза глядят. Шёл он, шёл и увидел на скале Орла.

«Ладно, — думает Шамиль, — Орёл так Орёл», — и прицелился.

Вдруг заговорил Орёл человечьим голосом:

— Не стреляй в меня, охотник Шамиль. Разве моё мясо — еда? Я тебе пригожусь. Возьми перо из моего крыла. Если попадёшь в беду, сожги перо: где бы я ни был, хоть на краю света, я тотчас прилечу к тебе.

Опустил Шамиль ружьё, спрятал перо Орла и пошёл дальше. Видит Шамиль — скачет дикий Козёл.

Только вскинул Шамиль ружьё — заговорил Козёл человечьим голосом:

— Не стреляй в меня, охотник Шамиль. Я тебе пригожусь. Выдерни волосок из моей бороды. Если попадёшь в беду, сожги волосок: где бы я ни был, хоть за семью морями, я тотчас явлюсь к тебе.

Взял Шамиль у Козла волосок и пошёл дальше.

Много ли шёл, мало ли шёл — кто знает? — дошёл Шамиль до широкой реки. Прилёг он на берегу отдохнуть и видит — у самого берега в воде огромная Щука. Сунул он руку в воду, схватил Щуку за жабры, выбросил её на берег. Вдруг заговорила Щука человечьим языком:

— Не губи меня, охотник Шамиль! Я тебе пригожусь. Пожалел Шамиль Щуку, отпустил её обратно в воду.

Плеснула Щука хвостом, и не успел Шамиль глазом моргнуть — валом валит к берегу мелкая рыба, да идёт так плотно, что и воды не видно — одни рыбьи спины.

— Становись, Шамиль, на рыбьи спины, не бойся! — говорит ему Щука. — По ним, как по мосту, перейдёшь на другой берег!

Перешёл Шамиль широкую реку. На прощанье Щука дала ему свою чешуйку.

— Если попадёшь в беду — сожги чешуйку: где бы ты ни был, хоть на вершине Эльбруса, я мигом явлюсь к тебе.

Идёт Шамиль голыми степями, сыпучими песками. Много дней не было у него во рту ни капли воды, ни крошки хлеба. Вдруг видит Шамиль — бежит по степи Чёрная Лиса. Только хотел Шамиль выстрелить в неё, взмолилась Лиса:

— Не стреляй в меня, охотник Шамиль! Я тебе пригожусь.

Опустил он ружьё, а Лиса продолжала:

— Ступай всё время прямо. Придёшь ты в большой город. В том городе живёт царевна. Она уже погубила девяносто девять женихов, но ты не бойся, смело сватай её. А когда будет тебе тяжело, сожги волосок из моего хвоста: где бы я ни была, хоть на седьмом небе, я тотчас явлюсь к тебе.

Сказала так Лиса и исчезла — словно провалилась сквозь землю. Двенадцать дней и двенадцать ночей Шамиль не ел и не пил, только шёл да шёл. И подошёл он к большому городу. Повстречалась ему дряхлая старушка.

— Живи ещё много лет, нана, — поздоровался с нею Шамиль.

— Спасибо на добром слове, сынок, — ответила старушка. — Скажи, куда путь держишь?

Рассказал ей Шамиль, что хочет посвататься к царевне, которая уже погубила девяносто девять женихов. А старушка и говорит:

— Эта царевна живёт в нашем городе. Много джигитов сваталось к ней, да всех погубила коварная красавица. Каждому жениху велит царевна прятаться три раза. Кого найдёт все три раза — тому голову с плеч долой. Не отыщет хоть один раз — за того замуж пойдёт. Только разве можно от неё спрятаться, когда есть у неё волшебное зеркальце. Оно видит каждую пылинку на всём белом свете. Эх, красавец, лучше не ходи, если нет у тебя запасной головы! А пойдёшь — не забудь: ты у царевны сотый жених. Сотому царевна позволит, спрятаться и в четвёртый раз. Тогда ты обо мне вспомни.

Что за диво — вмиг исчезла старушка, словно сквозь землю провалилась. Только показалось Шамилю, будто метнулся чёрный лисий хвост.

Пришёл Шамиль во дворец и говорит царю, что хочет посватать его дочь. Царю уже надоело смотреть, как славным молодцам рубят головы из-за своенравной царевны.

Понравился ему статный Шамиль, и стал он его отговаривать.

— Нет, — отвечает Шамиль, — я решил попытать счастья.

А царевна говорит из другой комнаты:

— Хорошо, что ты пришёл! Пустует у меня сотый кол. Твоя голова как раз пригодится для этого кола. Сегодня отдохни с дороги, а завтра и в первый раз спрячешься.

Всю ночь думал Шамиль, как ему получше спрятаться. И вспомнил он об орлином пере. Высек Шамиль огонь, подпалил перо — тотчас прилетел Орёл.

— Что нужно тебе, охотник Шамиль?

— Спрячь меня так, чтобы царевна не нашла.

— Садись мне на спину.

И полетел Орёл на высокую гору Казбек, где было его гнездо. Спрятал Шамиля в гнездо, а сам сел сверху.

Утром вышла царевна на балкон и давай смотреть в своё волшебное зеркальце. Смотрела-смотрела — нигде нет Шамиля. Уже полдень наступил, высоко поднялось солнце. Тут и нашла его царевна. Когда Шамиль прятался в орлиное гнездо, свесилась через край пола его черкески.

На другое утро подпалил Шамиль козлиный волосок. Козёл тут как тут.

— Спрячь меня, — говорит Шамиль, — чтоб царевна не отыскала.

Занёс его Козёл далеко в горы, спрятал в небольшой пещере, сам лёг у входа.

Целый день высматривала царевна охотника — не могла увидеть. Уже вечер наступил. Тряхнул Козёл головой, отогнал мух — и нашла царевна Шамиля!

На третий день позвал Шамиль Щуку. Проглотила его Щука и ушла на дно речное. Смотрела-смотрела царевна с утра до захода солнца — не могла отыскать Шамиля. Рассердилась она и хотела бросить зеркальце, но тут Щука разинула пасть — царевна и увидела Шамиля.

— Вот куда ты забрался!

Явился Шамиль к царевне и просит, чтобы разрешила она ему спрятаться в четвёртый раз.

— Пусть будет по-твоему, — говорит она, — прячься в последний раз. Всё равно не сносить тебе головы.

Не страшно было Шамилю умереть, жалко было с царевной расстаться — уж очень полюбилась она ему. Вышел Шамиль наутро в поле, только поднёс к огню лисий волосок, а Чёрная Лиса тут как тут.

— Здравствуй, — говорит, — что прикажешь?

— Выручай, Лиса, — просит Шамиль. — Надо мне спрятаться от царевны, не то снесут мне голову с плеч.

Обернулась Чёрная Лиса рыжебородым торговцем, а Шамиля превратила в блоху.

Идёт торговец мимо дворца и кричит:

— Товары для молодой царевны! Заморские.

Велела царевна позвать торговца. Развязал торговец свой узел с товарами, а блоха-Шамиль прыг — и спрятался в рукаве у царевны.

Целый день смотрела царевна в своё зеркальце, не смогла отыскать Шамиля. А когда село солнце, царевна с досады разбила зеркальце.

— Должно быть, джигит испугался казни и убежал, — сказала царевна.

Тут блоха выпрыгнула из рукава, ударилась об пол и обернулась Шамилем.

— Здесь я!

Обрадовался царь, что остался в живых этот славный молодец, и устроил пышную свадьбу.

Так женился бедняк охотник Шамиль на красавице царевне. После смерти старого царя он стал царём. Мудро правил Шамиль царством, всех врагов победил… На то и был он кабардинцем.

Кабардинские народные сказки. Пересказ и обработка Алиева А., Кардангушев З. — Москва: Детская литература, 1980 — с.127